Звериный оскал капитализма

[nilsky]

Известно, в каком жалком, несчастном состоянии находятся массы фабричных рабочих и большей части крестьян западной Европы. Тяжкий труд нисколько не обезпечивает их, и у сколько-нибудь зажиточнаго хозяина скот живет, пожалуй, лучше и пользуется большим комфортом, чем эти бедняки, втоптанные в грязь и раздавленные колесами колесницы гордой европейской цивилизации. Но положение женщины здесь еще вдвое хуже, чем положение мужчины. По известным изследованиям Вильерме, до пятнадцатилетняго возраста рабочая плата мужчин и женщин почти одинакова. Затем женская плата все постепенно уменьшается и, начиная с двадцатилетняго возраста, равняется только половине мужской платы. Во Франции, в земледельческом быту женщина получает лишь несколько сантимов в день; в фабричной работе женщина добывает 1 франк, многия швеи не более 75 сантимов, а заработок кружевниц часто не превышает 30 сант. в день, за 16 часов работы. В Англии еще хуже. «Работа иглой так мало обезпечивает, что занимающаяся ею молодые девушки с трудом могут получать от 3 до 5 франков в неделю, работая ежедневно по 16 и 18 часов. Нет ничего ужаснее жизни этих бедняжек! Они должны вставать в 4 или 5 часов утра и тотчас садиться за работу или бежать к купцам за заказами. Работают они вплоть до полночи без отдыха, в тесных комнатах, в которых собираются они по 5 и по 6, ради экономии огне и свете. Эта сидячая и непрерывно трудовая жизнь до времени старит их, если только еще раньше не пожрет их чахотка (Rayan)». Вдобавок к всему, в Англии множество женщин лишены возможности, вследствие конкуренции мужчин, добыть себе даже самую утомительную и самую дешевую работу. Мужчины не только на фабриках захватывают в свои руки те отрасли труда, которыя в других странах исполняются женщинами, они овладели даже работами иглы, а также местами в разных конторах и публичных учреждениях. И не мало найдется местностей, в которых женщина не может иметь решительно никакого промысла, кроме разврата. Так, в приморских городах, напр., в Ливерпуле, самый характер местнаго простонароднаго труда устраняет от него женщин и детей. Разными морскими, весьма тяжелыми работами занимаются здесь исключительно мужчины, а женщинам и детям остается только проститутничать и воровать.

(Шашков С.С. Исторические судьбы женщин, детоубийства и проституция. - С.-Петербург, 1871)